Красивые номера вместо утильсбора: как 50 млрд рублей могут снять нагрузку с автовладельцев

Январь и февраль 2026 года главный редактор «За рулём» Максим Кадаков ещё в декабре назвал «мёртвыми». Прогноз сбылся с точностью до деталей. По оценкам аналитиков «Автостата», продажи новых легковых автомобилей в первые месяцы года едва дотягивают до 80–90 тысяч штук в месяц — вдвое меньше ажиотажного октября 2025-го, когда рынок перед очередным повышением утильсбора показал 166 тысяч единиц. Президент Союза автомобильных дилеров Вячеслав Жигалов смотрит вперёд без оптимизма: рынок, по его словам, «продолжит стагнировать».

На этом фоне фракция «Новые люди» предложила альтернативное решение: легализовать продажу красивых номеров и ввести платное разрешение на тонировку за 5 тысяч рублей. Суммарно — 50 млрд рублей в год без единого нового обременения для покупателей автомобилей. Примечательно, что именно столько — 40–60 млрд — власти рассчитывали получить от болезненной части реформы утильсбора: отмены льгот для физлиц, ввозящих импортные автомобили. Арифметика простая: если инициативы будут приняты, у государства появится возможность пересмотреть или приостановить именно эту часть нагрузки на частных покупателей.

Утилизационный сбор задумывался как инструмент промышленной политики — стимул для локализации и источник финансирования автопрома. Логика была понятна: хочешь продавать иномарку в России — либо открывай завод, либо плати. Деньги аккумулировались в промышленном бюджете и направлялись на субсидирование АвтоВАЗа и локализованных автопроизводителей, программы льготного автокредитования и поддержку смежных отраслей.

Со временем стала проявляться характерная закономерность: ставки росли, а совокупные поступления — нет. Рынок оказался чувствительнее к ценовому давлению, чем предполагалось: чем выше сбор, тем меньше автомобилей ввозилось.

По итогам 2025 года продажи новых легковых автомобилей в России упали на 15,6% — до 1,326 миллиона штук. Это после рекордного роста на 49% в 2024-м. Объём выданных автокредитов за январь–август снизился на 44%, до 868 млрд рублей. Ввоз новых автомобилей за 10 месяцев 2025 года обвалился на 64%. Даже ноябрьский ажиотаж накануне реформы расчёта утиля не вытащил показатели: ввоз всё равно остался на 9% ниже прошлогоднего уровня. Дилеры потеряли свыше 40 млрд рублей недополученной выручки только по десяти главным брендам.

Результат — рынок, который снижается быстрее, чем растут ставки. Чем выше сбор, тем меньше автомобилей ввозится. Планируемые поступления в итоге далеки от ожидаемых.

Первым из высокопоставленных чиновников ситуацию публично обозначил министр финансов Антон Силуанов: выступая в Госдуме, он сообщил, что поступления в федеральный бюджет от утильсбора в 2025 году снизятся на 440 млрд рублей по сравнению с плановыми и составят лишь 1,1 трлн рублей.

Промышленное ведомство подтвердило масштаб расхождения: расходы уже пришлось скорректировать на 110 млрд рублей, а готовится очередная оптимизация ещё на 124 млрд. Итого — более 234 млрд рублей, которые должны были пойти на поддержку автостроения, оказались под вопросом.

Параллельно шла реформа льготного утиля. По официальным данным, за январь–сентябрь 2025 года более 73% ввезённых автомобилей прошло через схему льготного ввоза физлицами — серый рынок вытеснял официальный импорт, деньги проходили мимо бюджета. Реформу провели, но она затронула не столько предпринимателей, которые зарабатывали на этой лазейке, сколько обычных автомобилистов, которые хотели купить машину за разумные деньги.

С 1 декабря 2025 года вступили в силу новые правила расчёта утиля, привязанные к мощности двигателя. Для автомобилей мощнее 160 л. с. сбор вырос кратно. Цены на ряд моделей прибавили 1–1,5 млн рублей. Целые сегменты — гибриды, полноприводные кроссоверы, семейные минивэны — вышли за пределы ценового диапазона массового спроса. Директор компании Carwin Евгений Забелин констатировал: из доступных категорий «выпали целые классы автомобилей».

С 1 января 2026 года ставки проиндексированы снова. Для пятилетнего автомобиля с двигателем 2,5 литра утильсбор теперь превышает 3,5 млн рублей — больше, чем стоит сам автомобиль на зарубежном рынке.

Плановые ориентиры по поступлениям от утиля на 2026 год строились исходя из того, что рынок останется на уровне 2025-го или немного вырастет. Оба допущения выглядят сомнительно.

Аналитики «Автостата» ожидают, что в первом квартале 2026 года продажи будут на 40% ниже пикового октября. Директор по рискам ГК «Интерлизинг» Антон Мелехин прогнозирует рост средних цен на 5% — то есть покупательная способность снизится, а объёмы не восстановятся. В «Рольфе» открыто предупреждают о сильном спаде в первой половине года.

Импорт, на котором держатся поступления от утиля, не восстановится быстро: ввоз новых автомобилей за 10 месяцев 2025 года сократился на 64%, а новые ставки создают дополнительное давление. Локальное производство лишь частично компенсирует снижение: выпуск легковушек по итогам года упал примерно на 10%, грузовиков — на треть.

Консервативный сценарий: реальные поступления от утиля в 2026 году окажутся на 300–400 млрд рублей ниже запланированных. Оптимистичный — при условии снижения ключевой ставки и оживления рынка во второй половине года — предполагает разрыв в 150–200 млрд. В любом случае промышленный бюджет будет испытывать заметное давление.

На фоне сомнительного эффекта от утильсбора думская фракция «Новые люди» предложила государству два альтернативных источника дохода — и оба связаны с автомобилями.

В ходе недавнего отчета правительства лидер партии Алексей Нечаев призвал ускорить принятие закона о продаже «красивых» номеров.

— У нас в стране больше 50 миллионов автомобилистов. Что мы в последние годы для них сделали хорошего? В эти выходные весь интернет обсуждал автомобильный номер, который за 2,1 млрд рублей был выставлен на продажу. Его продают на частной площадке. Эти деньги могли бы пойти в бюджет. «Новые люди» предложили продавать такие номера через Госуслуги три года назад. В сентябре прошлого года это предложение поддержал президент России. Но реализовать это планируется только в июле. Почему мы теряем время на ровном месте? Нам не нужны 25 млрд дохода в бюджет? И это доход без всякого налога, — обратился Нечаев к коллегам.

Фракция внесла соответствующий законопроект в Госдуму в октябре 2025-го. В феврале 2026 года профильный комитет заявил о готовности поддержать его после доработки. По существу, речь идёт о легализации рынка, который давно существует — но в тени. Сегодня «красивые» комбинации продаются через серые каналы по ценам от 150 тысяч до нескольких миллионов рублей. Государство не получает с этого ни копейки.

Второе решение, предложенное Нечаевым — легализация платной тонировки. По его словам, она может принести в бюджет ещё 25 млрд рублей.

«Водители не понимают вообще, зачем этот запрет нужен. Каждый месяц выплачивается около 80 тысяч штрафов. И ни одного пойманного преступника, который скрывался от камер. Инспектор тормозит, штрафует на 500 рублей. Водитель даже плёнку не снимает и едет дальше. Это просто имитация порядка», — сказал Нечаев.

«Новые люди» предлагают ввести платное годовое разрешение на тонировку передних боковых стёкол стоимостью 5 тысяч рублей. Концепция опирается на зарубежный опыт: в ряде стран водитель покупает такое разрешение, государство получает доходы и направляет их на дороги и инфраструктуру. Нечаев также апеллировал к климатическому аргументу: в южных регионах затемнённые стёкла — не каприз, а физическая необходимость в летнюю жару.

Обе инициативы объединяет одна логика: вместо того, чтобы вводить сборы и лишать людей возможности купить машину за нормальные деньги, можно взять деньги с услуг, за которые люди с удовольствием заплатят сами.

Реакция общества на инициативы оказалась предсказуемо неоднородной. Скептики апеллируют к безопасности: тёмные стёкла ограничивают обзор, а платное разрешение не решает этой проблемы. Однако авторы инициативы парируют цифрами: ежегодно в России фиксируется около 500 тысяч административных протоколов за нарушение норм светопропускаемости стёкол. Полмиллиона штрафов — и тонировка никуда не делась. Это означает, что действующий запрет не обеспечивает безопасность — он лишь создаёт административное давление на водителей, не меняя их поведения. Разрешение с фиксированными требованиями к светопропускаемости за понятные 5 тысяч рублей, напротив, позволило бы установить чёткие, прозрачные правила — и одновременно направить финансовые потоки в бюджет.

Российский авторынок входит в 2026 год в непростом состоянии. «Возможные банкротства могут оставить без работы более 150 тысяч человек, трудоустроенных в сфере авторетейла», — предупреждает управляющий директор ГК «Альфа-Лизинг» Максим Агаджанов. Глава ассоциации «Российские автомобильные дилеры» Алексей Подщеколдин не исключает, что рынок покинут десятки китайских брендов, так и не наладивших нормальных продаж и сервиса.

По данным РОАД, пошлины, акцизы и сборы составляют сегодня порядка 44% от цены нового импортного автомобиля в России. При такой фискальной нагрузке рынок не растёт — он ищет выход через параллельный импорт, подержанные машины и растянутый до 8–10 лет цикл владения. Утильсбор продолжает выполнять функцию промышленного протекционизма, однако его потенциал как бюджетного инструмента заметно снизился: рынок оказался куда более чувствительной к ценовому давлению, чем предполагалось.

По словам экспертов, здесь логика «Новых людей» приобретает практическую ценность. Ни продажа красивых номеров, ни разрешение на тонировку за 5 тысяч рублей не создают нагрузки на авторынок — напротив, они легализуют уже существующий спрос, который сейчас обслуживается в серой зоне. Совокупные 50 млрд рублей — цифра, которую можно сопоставить с конкретным параметром: именно 40–60 млрд рублей власти планировали получить от отмены льготного утиля для физлиц, ввозящих автомобили мощнее 160 л. с. Иными словами, принятие обеих инициатив полностью закрывало бы фискальный эффект от самой болезненной части реформы — той, что ударила по потенциальным владельцам мощных кроссоверов, гибридов и семейных минивэнов. Это создаёт безопасную почву для введения моратория на повышенный утильсбор для физлиц: государство получает сопоставимые деньги, а водители — возможность купить машину за адекватные деньги.