Памяти Турчинского

Динамит не из нашего времени Сегодня мы вспоминаем президента Федерации силового экстрима, популярного актёра и шоумена Владимира Турчинского. Его не стало нелепо, внезапно и мгновенно. Его коллеги по стронгу и друзья собрались, чтобы вспомнить добрым словом большого человека с большим сердцем. – В этот день мне позвонили из Питера ребята. Говорят, по радио передали, что Турчинский умер. «Муля», наверное… – рассказывает кинопродюсер Константин Филимонов. – Я давай его номер набирать – телефон отключен. Жене его Ирине стал звонить – тоже вне зоны досягаемости. Начал знакомых обзванивать: «Что знаете?..» Слухов же много сразу появилось в Интернете. Такие глупые слухи... В то, что Вовки не стало, я не поверил, даже когда в новостной программе озвучили эту жуткую новость. Мы созванивались последний раз недели две назад. Общий товарищ в беду попал. Я спросил у Володи, нужна ли моя помощь. «Да нет, – говорит, – всё нормально, все вопросы решили. Ты в Челябинске? В Москве будешь – повидаемся. Я собираюсь в январе на новогодние каникулы с женой в Италию слетать...» Странный был человек, как будто не из нашего времени. При его популярности оставаться настоящим мужиком... Мы тут месяца два назад поругались с ним крепко – рабочие моменты. Спустя некоторое время созвонились – совершенно нормально поговорили. Ну, повздорили, с кем не бывает? Мне кажется, он вообще злиться не умел. Всегда готов был прийти на помощь. Причём бескорыстно абсолютно. Уникальный человек был в этом отношении. Меня везде продвигал. Зачем я ему сдался вот так-то, по большому счёту? Кто он, кто я по российским меркам? Но знакомил с нужными людьми из правительства, и с генералами, и с киношниками. Подсказывал, что надо делать, а что не надо. …99 процентов трюков он выполнял сам, никому не доверял. Только когда надо было с высоты падать, приглашали каскадёров, поскольку Динамиту никто такую страховку оплатить не мог. За что бы ни брался, всё делал суперпрофессионально, без пафоса. Он обречен был на успех, на известность благодаря неординарности мышления. Принято как в народе считать? Если здоровый качок – мозгов нет. На самом деле он полностью опровергал это мнение. Читал много. Замечательно пел, в музыке разбирался, в кино. Ходячая энциклопедия. Поэзию только недолюбливал. Когда я пытался его просветить, пресекал: «Ладно, Костя, отстань. Мне ещё только поэзии не хватало, я и так сентиментальный». Помню, на встречу к Александру Иншакову мы с Володей ехали. Он был за рулем, и я стал невольным свидетелем телефонного разговора. «Вы пробы, конечно, прошли, – говорили ему в трубку, – но, понимаете, нам нужен лиричный герой, а вы со своей брутальностью на такого ну никак не тянете». Турчинский бросил трубку на торпеду и матюкнулся: «Это я не лиричный герой?! Почему меня тогда женщины любят?» Он мечтал о такой роли. И я предложил нечто близкое. Есть сценарный набросок «Первая любовь. Элегия». Давай, говорю, Вовка, имидж твой разрушим... Он снимался много, я бы даже сказал, без разбора. Но и камень-то не бросишь, потому что деньги зарабатывать надо. Помогал матери, до последнего выхаживал своего отчима, которого очень любил. Сына, недавно вернувшегося из армии, финансово поддерживал. Да многим он помогал. А как с детьми общался феноменально! Я это видел воочию на соревнованиях по силовому экстриму. Безумно любил детей! И они его любили. А детей ведь не обманешь. Они либо тебе доверяют и идут на контакт, либо зажимаются. Такой очень сильный и очень добрый огромный всесезонный Дед Мороз. Великолепный шоумен! Мог завести любой, даже самый «мёртвый» зал. Так случилось, что его роль в фильме «Бойфренд» стала последней. Турчинский успел её озвучить (картина сейчас на стадии цветокоррекции). Роль неожиданная. В дуэте с Алексеем Огурцовым они сыграли руководителей спортивного гей-клуба. – Мы с режиссёром фильма Сережей Гинзбургом так и хотели, чтоб они были негламурные. Именно два здоровых мужика, – вспоминает продюсер. – Я Вовку долго упрашивал, месяца три-четыре: «Смотри, какая цаца! Вот Роберт Де Ниро может себе позволить сняться в роли голубого. И Бандерас может себе позволить голубого боксёра сыграть…» Эти сравнения подействовали. Сыграли ребята блестяще! Очень неожиданные образы. А главное – глубокие. Они никого там не смешат, просто два брутальных руководителя. Когда я Володе показал рабочие материалы (что не делается вообще-то в киношной среде, половину работы не показывают), он сказал: «Ирине понравилось, мне – нет. Потому что у меня роль не главная». *** Вице-чемпион мира по стронгмену, многократный обладатель титула «Самый сильный человек России» Эльбрус Нигматуллин только в день похорон смирился с мыслью, что Турчинского больше с нами нет. У них были партнёрские деловые отношения. Между тем сотни людей на социальном сайте присылали известному спортсмену соболезнования по поводу кончины коллеги. Они его не знали лично, но хотели высказаться. Понимали, что Эльбрус связан с близкими Владимира и сможет им передать те слова, которые люди не смогли удержать в себе. Он отвечал на сообщения несколько дней. Шок был у всех. Такие люди…Они просто не могут умереть! В Интернете обсуждают версию смерти от анаболиков. Какие анаболики? Для чего? Турчинский больше шоуменом был в последнее время, чем спортсменом. Занимался в зале только для поддержания формы. Он не пил. Курил, только не затягиваясь. К наркотикам крайне плохо относился. Да и какая, в сущности, разница, от чего его не стало? Не об этом хотелось поговорить тем, кто собрался в скорбный день. Конечно, рисковал. Конечно, не берёг себя. График был очень плотный, по три-четыре часа в сутки спал, семью месяцами не видел. Съёмки в кино, в сериалах, на телевидении. При этом он не отказывался ни от одного интервью. Остались незавершёнными многие проекты. А сколько их было в планах!.. – На фуршетах и банкетах, как правило, он присутствовал только на официальной части, – вспоминает Эльбрус. – Я ни разу не видел, чтоб он когда-то за рюмкой засиделся. Фужер красного сухого вина мог выпить и сразу отправлялся в гостиницу. Вообще, в ресторанах он не очень любил питаться, как бы вкусно и много ни накрывали. Говорил: «Вот поем сейчас с вами, а меня потом жена из дома выгонит, обидится, что с семьёй не ужинаю». Он не только для стронгменов был кумиром, на него все ориентировались: пауэрлифтеры, штангисты, кикбоксёры… Везде был своим. В судьбы сотен тысяч молодых людей внёс лепту. Первым человеком, к кому я поехал в Москву знакомиться, был Владимир Турчинский. Я победил на всероссийском турнире силачей, только после этого отправился к нему, приехал на тренировку. Он вышел, по чашке чая выпили. Я сказал о своём желании выступать на международных соревнованиях и попросил посодействовать. Собственно, ни тогда, ни сейчас государственной поддержки не было. Турчинский был одним из первых в России, кто стал пропагандировать и развивать стронг. Перспективным ребятам по сути давал путёвку в жизнь. Однажды во время крупных международных соревнований в репортаже канала «Евроспорт» Владимир даже был моим переводчиком. Я успешно какое-то упражнение выполнил, а там принято после этого давать интервью, но английского не знаю. Турчинский пришёл туда в качестве фотографа. Однако и с переводом справился прекрасно. В 2004 году он мне вовсе ассистировал, натягивал канат. Зачем ему было мне помогать? Но подсказывал до конца турнира. Когда Динамит попадал на площадку, ему было наплевать, «свой» или «чужой». – К челябинским стронгменам у него было особое отношение? – Да. И это неудивительно. Без преувеличения могу сказать, что Челябинск – самый сильный город не только в России, но и в СНГ. Да и в мире его знают благодаря нашим ребятам. В 2001году с Турчинским познакомились, в 2002-м мы с Серебряковым начали выезжать на первые международные соревнования. Где сильная конкуренция, там всегда вырастают звёзды. – Конкуренция действительно большая в нашем городе, – присоединяется к разговору известный силач Алексей Серебряков. – Мы одними из первых в стране начали заниматься стронгом. Одно время я не выступал, просто ездил со сборной в качестве фотографа, и у нас было время для общения с Владимиром. Несколько дней общались плотно. Он говорил: «Я понимаю, что мне чуть-чуть роста не хватает, чтоб состязаться с современными атлетами. Но когда они выступают, я всегда себя ставлю на их место, и мне это никогда не надоест. Актёрство и шоуменство – хорошо, но уровень хобби. А спорт –это моё, это главное, это фундамент». А ещё мне история с «Хаммером» вспомнилась. Как-то приехал Турчинский на встречу, а Филимонов ему говорит: «Вов, ты чего ездишь на «Лексусе»? Надо на «Хаммере» ездить – с тобой ассоциации прямые». «Да ладно, чего там ваш «Хаммер», – отшутился Владимир. Прилетаем в Челябинск. Через две недели сообщает: «Я вообще-то «Хаммер» купил…» – Звонит однажды. На меня, говорит, наехали,– продолжает автомобильную тему Филимонов. – Я удивился, выразил готовность помочь. Да не надо, говорит, я смеюсь. Оказалось, какой-то деревенский мужик на «пазике» въехал в водительскую дверь. Мужик, конечно, был в шоке, что на «Хаммер» его занесло. Но когда из машины ещё и Турчинский вышел!.. А ещё помню, как Лёша Серебряков и Слава Максюта делали шоу на Рижском вокзале. Они тянули там паровоз и вагоны. Турчинского я попросил провести эти состязания. Он согласился, приехал поддержать, и это придало мероприятию особый шарм. Много было прессы, интервью, и один журналист спросил меня напрямую: «Скажите честно, сколько вы заплатили Турчинскому, чтобы он провёл это мероприятие?» А мы с Вовой по поводу денег даже не разговаривали. Я позвонил ему, поблагодарил за мероприятие и спросил, сколько должен. «Костя, – говорит, – такие вопросы надо было задавать до соревнований. Считай, что это мой подарок на твой будущий день рождения». Я ему потом, правда, тоже подарок сделал, брелок хаммеровский, коль скоро усадил на этот автомобиль. Но то, что я не заплатил тогда ведущему ни копейки, для меня самого было удивительно. Любопытным наблюдением поделился Эльбрус напоследок. Деревенские мужики после скорбного известия пришли к неожиданному выводу: «Что толку вести здоровый образ жизни? Бухать надо, прожигать жизнь, всё равно все умрём».Такая вот странная логика. – Владимир был старше, опытнее. Он прокладывал лыжню, мы шли следом. И вдруг – бам! Того, кто шёл впереди, нет, – резюмирует стронгмен. – Надо флаг подхватывать. Но такое ощущение, что спортсмены все куда-то разбежались и человека, который бы мог всех объединить… Я не вижу сейчас такого человека. Понятно, что остались ребята из окружения. Но понятно и то, что это не те люди, которые могли бы занять его место. Незаменимый Турчинский стоял горой за каждого спортсмена. *** Почему уходят лучшие? Этот вопрос каждый из нас задавал себе много раз. Но… нет ответа. Есть только жизнь. Теперь без Динамита.