«Вернулись вымотанными». Туристка объяснила, почему пожалела об отдыхе в Сочи — и дело не в сиренах

Журналистка IRCITY.RU решила провести отпуск в Сочи — лето, к морю хочется. А по итогам поездки рассказала, к чему стоит готовиться тем, кто планирует отдыхать на морском курорте этим летом, и почему она сама предпочла бы отложить поездку в те края до лучших времен — обо всем читайте в ее колонке от первого лица. Говорят, тяжело смотреть на губы, которые не можешь поцеловать. Как по мне, еще труднее смотреть на самолет, на котором не можешь улететь. Об этом я думала, когда сидела в аэропорту Сочи во время очередного транспортного коллапса из-за атаки беспилотников. Мой рейс откладывался весь день, хотя самолет стоял у телетрапа и был готов к вылету. Но не сложилось. «Сначала казалось, что в городе идет обычная жизнь» В Сочи мы с мужем полетели в гости к друзьям. Я не большой фанат этого города, но у меня остались о нем теплые детские воспоминания, а еще именно в Сочи мы впервые поехали вместе как супруги. Это был наш первый большой настоящий отпуск. Короче, ностальгия в глаз попала. Читая новости, я была морально готова к тому, что нас могут ждать задержки рейсов. Тем более что летели мы через Москву, так что шансы застрять где-нибудь были вдвое выше. Мы составили график перелетов так, чтобы между рейсами было достаточно времени. Например, в Москву мы прилетели 29 мая, а самолет в Сочи у нас был запланирован на вечер 30-го. Между обратными рейсами из Сочи в Москву, а потом в Иркутск был люфт в неделю, так что проблем со стыковками не возникло. В Сочи мы провели славную неделю. Я не возлагала больших надежд на эту поездку, и это всегда правильная стратегия. «Кто ничего не ждет, никогда не будет разочарован», — писал Ремарк, и я с ним полностью солидарна. Мы поднимались в горы на Красной Поляне, где накануне выпал снег и был побит рекорд холода за последние сто с лишним лет. Сгоняли в Абхазию, где пробовали местные вина и сыры, а еще слушали шум водопадов и тискали котов на террасе у Новоафонского монастыря. Кроме того, в Сочи мы купались в холодном, как Байкал, Черном море, разглядывали розы и могучие стометровые секвойи в парке «Южные культуры», пили чай с чабрецом и мятой на плантациях Мацесты и смотрели на город с высоты канатной дороги в Дендрарии. Я привезла оттуда массу впечатлений и фотографий. Вопреки нашим опасениям, за всю неделю мы ни разу не слышали сирен или чего похуже. Как будто в городе идет вполне себе обычная жизнь. Только стабильно сыпались смски про то, что объявлена то беспилотная, то ракетная, то авиационная опасность. Их было так много, что довольно скоро мы перестали их замечать. В пятницу 5 июня, накануне вылета, мы впервые чуть-чуть «пощупали» новую реальность: днем нам пришлось ждать, когда возобновит работу канатка в Дендрарии, а вечером были слышны сирены и взрывы где-то на побережье. Я уже тогда поняла, что это дурной знак. Улететь из Сочи в Москву мы должны были в 07:55 в субботу 6 июня. После полуночи мне пришло сообщение от авиакомпании, что рейс перенесен на 10:45, а через два часа авиакомпания оповестила, что новое время вылета — 12:15. Так что еще ночью мы отменили такси, заказанное на ранее утро, и решили ехать в аэропорт к 10 часам. Уже утром мы узнали, что рейс снова сдвинули, — теперь на 13:15. Не так критично, подумали мы с мужем, поэтому уже в 10 утра были на месте. Быстренько зарегистрировались, прошли досмотр и очутились в зоне ожидания. Когда до посадки оставалось около 40 минут, аэропорт закрыли в первый раз. Нас выгнали обратно в зону регистрации, но мы морально были к этому готовы, поэтому спокойно покинули зону вылета. В главном холле уже было многолюдно, и чем дольше мы там сидели, тем хуже становилась ситуация. Сотрудники аэропорта покинули здание, а вот новые люди, которые, как и мы, планировали улететь в этот день, всё прибывали. Нам повезло занять пару мест на креслах, и поначалу мы даже не представляли, какая это удача. Вскоре пассажиры сидели уже на ступеньках, на лестницах, стульях и столиках в закрытых кафе, а потом и вовсе разбивали лагерь прямо на полу. В какой-то момент в аэропорту отрубился кондиционер, и довольно быстро там стало душно. Но мы сидели и смиренно ждали. Через пару часов аэровокзал по решению Росавиации возобновил работу. И знаете, таких аплодисментов я не слышала даже на самом крутом рок-концерте. Некоторые плакали от радости. Никто не подозревал, что это только начало приключений. «Пару раз чуть не получили леща» Нас снова пригласили к стойкам регистрации, и мы влились в густую и плотную толпу людей. Пассажиров было так много, что очередь перестала быть упорядоченной. Люди галдели, матерились и готовы были залезть друг другу в лицо. Ленты, с помощью которых обычно регулируют потоки, просто снесли. В гущу событий стали пачками пробираться те, кого только-только зарегистрировали. Уже в этой давке мы увидели, что наш рейс вылетает через полчаса, а мы от зоны предполетного контроля столь же далеки, как веганская котлета от сочного кавказского шашлыка. За 10 минут мы продвинулись всего на пару метров, но тешили себя мыслями, что из-за этого хаоса вылет задержат. Потом кто-то из пассажиров нашего рейса дозвонился до горячей линии авиакомпании, там сказали, чтоб мы поторапливались. Если не успеем — самолет улетит без нас. Пришлось прорываться сквозь толкучку к выходу. Пару раз мы чуть не получили леща, а потом один особенно нервный парень требовал показать билеты. Честно говоря, всё это напоминало какой-то сюр и ад на земле. Я понимаю, что ситуация нештатная, и с угрозой атаки БПЛА сотрудники аэропорта сделать ничего не в силах. Но они могут хотя бы не забиваться в угол и регулировать потоки людей. Хотя бы приглашать пассажиров в порядке очередности вылетов. Но персонал довольно долго спокойно смотрел, как люди месятся в кашу. Когда напряжение совсем достигло пика и начались крики про полицию, в очереди появился мужчина в форме сотрудника аэропорта. Он вернул на место ленты и пытался пресекать попытки пассажиров пролезть без очереди. До сих пор не знаю, каким чудом мы все-таки преодолели досмотр и прошли в зону вылета. Да, нам это не помогло, потому что где-то спустя еще полчаса аэропорт снова закрыли. Но тогда я твердо решила: больше я отсюда не выйду даже под дулом пистолета. Через несколько минут появилась взволнованная сотрудница, которая сообщила: существует угроза атаки по зданию, мы должны срочно его покинуть. Снова. Сообщила и убежала, а пассажиры остались. Кто-то действительно пошел обратно в зону регистрации, а мы спустились во внутренний двор в зоне вылета, потому что там хотя бы не было давки. Когда мы стояли во дворике, рядом со зданием дважды что-то громко взорвалось. Многих это взбодрило и напугало, люди спешили покинуть открытую площадку. Мы тоже вернулись внутрь, но больше ничего такого не происходило. После этого аэропорт не работал много часов подряд. Вечером, когда воздушная гавань снова заработала, на наш рейс объявили посадку. Я ликовала. Мы даже загрузились в самолет и уже повернули в сторону взлетки. Я расправила подушку, достала наушники и радовалась, что наконец-то этот кошмар кончится. Но тут пилот объявил: по решению Росавиации аэропорт снова закрывается. Нас вернули к телетрапу и сказали шагать в здание. Две порции пельменей и одна сметана на сутки К тому моменту прошло уже около 10 часов, как мы торчали в аэропорту. Как известно, после двух часов задержки пассажирам должны предоставить бесплатные напитки, спустя четыре — еду, а через 6–8 часов — размещение в гостинице, трансфер до нее и обратно, а еще питание. Всё это время мы по громкоговорителю слушали, как пассажиров других авиакомпаний приглашают за водой, едой, а потом и в отели. Нас почему-то не звали никуда. Вечером мы пошли требовать еду, и тут оказалось, что на каждого пассажира наша авиакомпания выделила целых 700 рублей. С сочинскими ценами, тем более в аэропорту, нам хватило ровно на две порции пельменей по 10 штук в каждой и одну порцию сметаны. Впрочем, из разговоров других пассажиров мы узнали, что кому-то досталось еще меньше — по 450 рублей на человека. Только к полуночи стало ясно, что этой ночью мы никуда не полетим. У авиакомпании не было резервного экипажа, и наш рейс просто отменили. Но узнали мы об этом не благодаря оперативному информированию со стороны аэропорта или авиакомпании. На всех табло, в том числе и в онлайне, значилось, что рейс отложен. Просто кто-то из пассажиров написал в бот авиаперевозчика и получил вот такой ответ. Сотрудница аэропорта на стойке информации была не в курсе, что с нашим рейсом и будут ли нас размещать в гостиницу. Она отправила нас на стойку регистрации. Там другая девушка, выпучив глаза, сказала, что она даже близко такими вопросами не занимается. И нас послали к представителю авиакомпании. Его каморка находилась где-то на задворках аэропорта в тесном и невероятно душном коридоре. Мы пробирались к ней через толпы людей, которые прямо на полу посреди зала спали на ковриках, пледах и в спальниках. Многие — с детьми. Аэропорт стал похож на лагерь для беженцев или Чайнатаун в Бангкоке. К представителю авиакомпании очередь ожидаемо была похлеще, чем за колбасой в Советском Союзе. При этом он просто забаррикадировался в кабинете и не выходил к народу около часа. Когда пассажиры уже были готовы выламывать дверь, мужчина наконец-то предстал перед разъяренной публикой и сообщил, что отели найдены для всех, но есть проблемка. Везти нас не на чем. На всю толпу пассажиров примерно с десяти задержанных рейсов — всего два больших автобуса. Они партиями развозят людей по отелям, возвращаются в аэропорт и забирают следующих. Мы, например, приехали в гостиницу только в 3 часа ночи. Это при том, что уже в 6 утра нам нужно было быть внизу с чемоданами, так как на это время был назначен обратный трансфер в аэропорт. Еще полчаса мы регистрировались на ресепшене, потом прошли в номер, приняли душ, и спать нам осталось 1,5 часа. Администратор при выселении спросила: «Вы хорошо провели время в нашем отеле?» Я только нервно похихикала и сказала, что эти полтора часа сна были волшебными. Минут 10 мы ждали свой автобус у входа в отель, но за нами так никто и не приехал. До аэропорта пришлось добираться самостоятельно на такси. Завтрака от авиакомпании у нас тоже не было. На стойке информации аэропорта отправили на горячую линию авиакомпании, а там нам сказали, что не в курсе ситуации. В итоге лишь каким-то чудом мы улетели в 10 утра. Когда самолет приземлился в Москве, и у меня появилась связь, я по привычке пошла читать канал Росавиации. Выяснилось, что спустя где-то 40 минут после нашего взлета сочинский аэропорт снова закрылся на лопату. Никогда я еще так не радовалась тому, что уехала с курорта. Послесловие С тех пор не было ни одного дня, чтобы сочинский аэропорт не закрывался хотя бы раз в сутки. Часто его закрывают по 2–4 раза на день. Сотни туристов жалуются на то, что им приходится часами ждать вылета. И знаете, это довольно сильно портит все впечатления от отпуска. Обычно ты возвращаешься из путешествия счастливым и отдохнувшим. Мы из Сочи вернулись уставшими и вымотанными. В тот момент я четко для себя решила: не полечу туда, пока всё это не кончится.