«Откуда вы знаете, сколько они получают?»: министр спорта — о зарплатах игроков «Крыльев Советов» и собственной талии

Хрупкая женщина в яркой водолазке и джинсах решительно и бойко перетаскивает стулья с одного конца зала к другому. Нужно усадить спортсменов-инвалидов. Быстро и точно по счету — мест должно хватить всем. Через пару минут нам удается выцепить ее на интервью. Лидия Рогожинская — новоиспеченный министр спорта Самарской области — соглашается на беседу сразу, без кокетства и попыток отослать дотошных журналистов в пресс-службу. Жонглирует цифрами без бумаг под рукой, не смущается при личных вопросах о возрасте, росте и весе. Кажется, это тот редкий случай, когда чиновник еще не победил человека. — Вы официально стали министром 13 февраля. Уже затеяли перестановки в кабинете? — Я не переезжала в кабинет руководителя министерства. Ни все эти два года, что была врио министра спорта, ни сейчас. Остаюсь в кабинете первого зама. И не планирую ничего менять, пока не будет назначен человек на должность первого заместителя. Так что я работаю не в здании министерства на Чапаевской, а в департаменте физической культуры и спорта на Молодогвардейской. На своем старом месте. Мне так удобно. Это место, намоленное годами. Я начинала там свою трудовую деятельность, пришла туда когда-то специалистом спортивной школы. К тому же, именно в департамент обращаются спортсмены и тренеры. — Да и сейчас вы в выходной, без свиты, как это у наших чиновников принято, со стульями спортсменам помогаете... — Не знаю, как там принято у чиновников. Я человек, который вырос совсем с низов (с первого курса пединститута Лидия Рогожинская начала работать тренером в спортшколе. — Прим. ред.). Моя мама и все мои руководители меня так учили: «Никто из чиновников никому не нужен, если нет тренера и спортсмена — людей, которые непосредственно спортом занимаются. Нет их — нет нас». Поэтому не считаю зазорным стул принести, если вы на это обратили внимание (смущенно улыбается. — Прим. ред.). У половины спортсменов и тренеров региона, учитывая мой предыдущий опыт работы (с 2009 года Лидия Рогожинская — руководитель одного из управлений в департаменте физкультуры и спорта Минспорта Самарской области, а с 2013 года — глава этого департамента. — Прим. ред.), есть мой личный номер. Любой может подойти обратиться, позвонить. Если не беру трубку, знают, что занята, и отправляют сообщение с вопросом. Стараюсь перезвонить. Часто мне просто во «ВКонтакте» пишут о своих проблемах. Конечно, я не могу лично решить каждую, но уж перепоручить и проверить исполнение — всегда могу. — Рабочий день министра Рогожинской во сколько начинается? — Рано на работу не прихожу. В кабинете я — где-то в половине девятого утра. Заканчиваю работать в полдевятого вечера, иногда — в полдесятого. — Двенадцать часов на работе. А встаете во сколько? — В шесть часов утра. Стараюсь позавтракать дома, зная, что могу без обеда остаться. Завтрак — очень простая пища: каша, бутерброд, иногда омлет могу себе позволить, иногда творог. Я всеядна. Дальше — собралась и на работу. Если очень срочно, то на машине. Но чаще всё-таки стараюсь ходить пешком. У меня работа не очень далеко от дома находится. И начинается жесткий режим: звонки, совещания, выездные проверки, встречи с людьми. Нужно прочитать огромное количество документов перед тем, как их подписать. Я должна знать, что подписываю. — Семья не воет с таким-то графиком? — Ну как? Детей вижу очень редко. Даже в выходные не всегда имею возможность пообщаться с ними — выезжаю на чемпионаты и спортивные мероприятия. Но спасибо большое моей семье, она меня поддерживает. — Непростой путь выбрали... — А куда деваться? Вы же видели, да, что очень долго не назначалась я на должность министра (Рогожинская исполняла обязанности министра спорта с 2022 года, после увольнения предыдущего главы ведомства Сергея Кобылянского. — Прим. ред.)? Искали нового руководителя. Сейчас такой период времени, когда кто-то всё-таки должен взять на себя ответственность. Чтобы министерство нормально работало, министр всё равно должен быть. Пока министр — я (как бы извиняясь, разводит руками. — Прим. ред.). — Так долго не было министра? Вы отнекивались от этой должности? — Я не отнекивалась. Министра назначает губернатор. И если Дмитрий Игоревич принял такое решение, значит, я дозрела до этой должности. Но министром быть действительно не очень хотела. Это ни для кого, наверное, не секрет. Считаю, что как первый заместитель, как человек, который именно со спортом работает, была на своем месте. Сейчас моя сфера ответственности возросла. Это и развитие инфраструктуры, и взаимодействие с финансами, и с федеральными органами. Что-то было и раньше, а многому еще придется учиться. В том числе, вникать в тонкости строительства спортивных объектов. Каждый мой день — это что-то новое. Общий бюджет министерства на 2024 год — почти 8,5 миллиарда рублей. Значительные суммы уходят на содержание 35 крупнейших спортивных объектов. Также в ведении Минспорта находится 15 учреждений, в том числе девять спортивных школ. Вместе с тем мы координируем деятельность всего региона. В частности, организацию спортивной подготовки детей и молодежи. На сегодняшний день в области 51 спортивная школа и две футбольные академии: Коноплева и «Крыльев Советов». На нас и координация деятельности профессиональных клубов. Никогда все игровые клубы нашей области не выступали в Высших лигах, в высших дивизионах, а сейчас это так. Мы регион очень сильный, спортивный. Наши самарские ребята ежегодно попадают в сборные команды Российской Федерации. У нас почти 90 тренеров и спортсменов — победителей и призеров Олимпийских, Паралимпийских и Сурдлимпийских игр. Это, например, рапиристы братья Бородачевы, пятиборец Александр Лифанов, пловец Александр Кудашев, дзюдоистка Мила Слепышева. — Вот, кстати, Мила Слепышева — чемпионка мира и Европы по дзюдо (в спорте глухих), сурдлимпийская чемпионка, заслуженный мастер спорта по дзюдо. И тут ее во дворе избивает 55-летний мужчина, с которым произошел конфликт у ее подруги... — Я бы не стала этот момент комментировать. Но применение спортсменами своих боевых навыков в бытовой ситуации не разрешено этическим кодексом и приравнивается к применению оружия. — Даже за себя постоять нельзя? — Она защищала подругу. Комментарии по этому вопросу нужно спрашивать у Милы, не у меня. Губернатор дал ряд поручений, чтобы помочь Миле. Она прошла курсы реабилитации и лечения. Надеюсь, что ей помогло. По крайней мере, улучшения, по словам медиков, есть. — От избиения спортсменки-инвалида к скандалам вокруг наших клубов — «Крыльев Советов» и ЦСК ВВС... — Не сказала бы, что вокруг «Крыльев» и ЦСК ВВС есть какие-то скандалы. Не всё, что выходит в СМИ, имеет реальное подтверждение. Особенно в отношении хоккейного клуба ЦСК ВВС. Все долги по зарплате перед игроками и тренерами были закрыты давно. И сделано это было при поддержке правительства. Инфоповоды о долгах и банкротстве появляются со стороны бывшего руководства клуба, но при этом именно отрицательный менеджмент предыдущих управленцев и привел к задержкам зарплат. Клуб стабилен, команда ЦСК ВВС выступает хорошо. Серьезное внимание сейчас приковано к «Крыльям Советов». Там хороший тренерский состав, хороший набор игроков, мы составляем конкуренцию командам-лидерам. Поэтому все пересуды и скандалы вокруг — неминуемы. Но то, что нас поддерживают болельщики — уже говорит само за себя, наверное. — А сколько денег из областного бюджета идет на содержание «КС»? — Конкретную сумму назвать сложно. По действующему законодательству потребности клуба покрываются через конкурсную процедуру. В зависимости от того, какие затраты подтверждены клубом, мы смотрим, возможно ли это в соответствии с законом «О физической культуре и спорте» покрыть из средств областного бюджета. Кроме того, у клубов есть внебюджетные источники дохода: продажа билетов, атрибутики, контракты на рекламу. Не могу сказать, что большинство средств клуба — это внебюджет, но мы к этому стремимся. — Почему в самарском футболе так много легионеров? Где местные спортсмены? — Надо понимать всё-таки, какие цели ставятся перед клубом. Под них привлекаются и «покупаются» сильнейшие спортсмены. Этого не избежать. Но одновременно с этим растим и местных игроков. Сейчас создается команда «Крылья Советов-2». Вот там будут наигрываться и обкатываться самарские футболисты. — Болельщики волнуются: вырастим своих игроков, а их потом заберут! — Да, в этом плане у команд существует серьезная конкуренция за игроков. Надо понимать, какие бюджеты и уровень зарплат у других профессиональных клубов. — Наши «Крылья» немало получают. — Откуда вы знаете, сколько они получают? Тогда может нам спросить, сколько получают в «Спартаке» и ЦСКА? Не готова это комментировать. Спортивный век очень короток у игроков. А если случится травма, то карьера закончится еще раньше. Да и не мне принимать решение, в какую команду кому идти. — Вот, кстати, а кому принимать решение по трансферу? — Игроку принимать решение. Это задача, которая не стоит перед органами исполнительной власти. Мы, несмотря на то, что являемся учредителями нескольких клубов, не вмешиваемся в спортивную политику. Для этого у нас есть руководство клубов, и оно за это получает заработную плату. Внебюджетную. — Будем откровенны: равнодушных к «Крыльям» у нас в городе нет. Футбол в Самаре — больше, чем футбол. — Да, этим видом спорта у нас в регионе занимается почти 80 тысяч человек. С 2018 года открыты стадион «Солидарность Самара Арена» и еще шесть футбольных полей, построены 103 универсальные спортивные площадки по линии Минспорта. В середине марта введем в эксплуатацию футбольный крытый манеж у «Солидарность Самара Арены». Это будет первый полноразмерный манеж у нас. Одно натуральное поле и несколько искусственных, в том числе одно с подогревом, у нас на стадионе «Металлург». Там в академии «Крыльев Советов» занимаются команды 11 возрастных категорий, женская команда, проводятся игры ЮФЛ. Сейчас мэрия Самары собирается реконструировать стадион «Заря». Насколько я знаю, ищут инвесторов, чтобы привести его в нормативное состояние. Удалось спасти и стадион «Локомотив». Когда узнали, что его собираются перепрофилировать, сделали всё возможное и выкупили объект. В ближайшие два года область закончит выплачивать транши РЖД. Сохранили стадион людям. — А Дворец спорта на Физкультурной нет в планах выкупить у частников? — У нас собственно и предложений-то не было от собственников. Потом надо понимать, какую цену назначат за него. Целесообразно ли нам брать его себе? Он не утерян, как спортивный объект. Несмотря на то, что Дворец в частной собственности, там тренируются наши спортсмены. В рамках договоров аренды, конечно. Руководство объекта пошло нам навстречу — не повышает сейчас стоимость, несмотря на рост тарифов на ЖКХ. — Хватает нам спортивных объектов? Много спортсменов в Самарской области? — Вообще больше 50% жителей области с 3 до 79 лет вовлечены в систематические занятия разными видами спорта. Быть здоровым стало модно. Люди самостоятельно занимаются в парках, на набережных. Катаются на лыжах зимой, на роликах летом. — А вы сами на набережной не занимаетесь? — Нет. К сожалению, не могу похвастаться тем, что я систематически занимаюсь физкультурой. — А шпагатом можете похвастаться? — Нет. Я и в бытность своих занятий легкой атлетикой могла садиться только на одну ногу. Не буду никого обманывать. Такими гимнастическими способностями не обладаю. — На диетах не сидите? — Была на диете только однажды. К стыду своему, несмотря на свой возраст — мне скоро 55 лет — очень люблю хлеб. Он обязательно должен быть на столе. А так вес стабильный много лет — 55,5 килограмма. Рост 168 сантиметров. Талию не мерила (улыбается. — Прим. ред.). Наверное, это генетика.