Здоровье в обмен на зарплату

Больничный — один из самых спорных документов. Казалось бы, что сложного – бумага, дающая право на отпуск с целью лечения. Однако условия этого отпуска неоднозначны, и к отсутствию несокрушимого иммунитета везде относятся по-разному. Как выяснилось, большинство работающих больничные вообще не берут, пока с ног не свалятся. Чаще всего люди признают, что не берут больничный, так как их «все равно заставят дома работать» в любом состоянии. Смысл тогда его брать? За ту же работу заплатят меньше, а если официальная зарплата мизерная, так и вообще шиш получишь. «В ответ на такое отношение упрямо хожу на работу и заражаю весь офис», – заявляют раздраженные сотрудники. «У нас брать больничный чревато значительной потерей в деньгах, – рассказывает начальник отдела госуниверситета Людмила Ташаева. – Я это поняла в первый же месяц работы. Под Новый год я после пары дней ухода за простывшим пятилетним сыном еще и буквально свалилась с опухшим горлом – еле отговорила врачей от госпитализации. Не работала девять дней. В январе я получила свою зарплату урезанной почти на 60 процентов! Муж как раз менял работу, так что пришлось нам тогда туго... Чтобы увеличить процент, нужно собрать справки по всем организациям, в которых я раньше работала. Часть из них – на моей родине, во Владивостоке, а одна уже и не существует вообще. Заморачиваться этим я, разумеется, не стала. И вот теперь вряд ли уйду на больничный – разве что меня вынесут из офиса». «Осенью пару месяцев ходил с раненой ногой в гипсе и палкой, половину «больняка» – работал, около трех с лишним недель, – вспоминает завхоз Булат Ахметджанов. – «Больняк» взял по травме на всякий случай, так как ездил на перевязки и осмотры. Когда вышел на работу здоровый, спросил – как быть? Мне ответили, что или полный больничный лист закрываем, или его вообще не берем в расчет, но тогда за те дни, в которые я отсутствовал, ставим ноль, то есть счет. А у нас официальная зарплата – сущие копейки, около 5 тысяч рублей. Короче, получил я почти ноль! Так что с простудой я вообще не беру отпусков за свой счет ни дня. Хорошо, если в выходные подгадаешь заболеть – успеешь подлечиться, а так – болеем все прямо на работе». Казалось бы, что сложного договориться с начальством о паре дней лечения дома, и если возможно – то с работой в удаленном режиме? «Наш начальник – человек сложный, – говорит сотрудник управления по связям с общественностью крупного холдинга Светлана Базарова. – И наорать может, и после работы задержать, а уж говорить с ним о паре дней работы из дома из-за простуды – вообще нереально. С этими вещами связываться не любит, приговор всегда один: бери больничный или работай. Денег за больничный удерживают очень много. Я в марте болела отитом (весна выдалась очень холодная и затяжная). Сначала просто разболелось ухо – я терпела, держалась, потому что жутко боялась потерять процентов 30 и так невысокой зарплаты. Почти неделю геройствовала. Итог – легла в больницу на полмесяца. От зарплаты вообще остались рожки да ножки, плюс на лечение ушло тысяч пять в целом. До сих пор лечусь – скоро буду проходить двухнедельный курс уколов и физиотерапии, так как есть опасность, что отит перейдет в хроническую форму. Врач прямо сказал: сразу надо было обращаться, барышня! Не запустили б – не мучались бы теперь так...» Но не все стремятся сохранить зарплату за счет собственного здоровья и здоровья окружающих. Действительно – лучше сразу уйти лечиться на один-два дня за свой счет, нежели геройствовать, рискуя впоследствии потерять в два-три раза больше времени и денег. «Наш руководитель при сообщении о больничном делает такое лицо, по которому ясно: этот факт у него сочувствия не вызывает, а отношение в будущем упадет очков на 30, – рассказывает сотрудник ремонтно-строительной компании Олег Сероглазов. – Так что я всегда беру пару дней за свой счет, так как себя люблю, плюс терять потом вдвое больше и мотаться в поликлинику с бухгалтерией совсем не хочу. Да и сына с женой потом заразить в мои планы не входит – лучше уж заморю болезнь в зародыше. Да и работа – не главное в жизни, чего не скажешь о здоровье! Зачем работать тогда, если в итоге заработаешь себе на лекарства?..» «А у нас в коллективе запросто могут и нахлобучить, если упорствуешь, не уходишь домой, а ходишь по цеху и кашляешь-чихаешь, – посмеивается рабочий железнодорожного депо Антон Говорушкин. – И правильно – никому не хочется слечь по вине этого заболевшего. А то и всей бригаде!» Еще в некоторых организациях с несговорчивым начальством сотрудники берут пару дней в счет очередного отпуска – чтобы не терять в зарплате. «Вот вы сами представьте, что начнется, если я всех начну отпускать при первых признаках простуды? – разводит руками начальник кадрового управления Игорь Семенихин. – Две трети моих подопечных – молодежь. В отличие от специалистов старой закалки, эти работать не шибко любят, зато считают себя весьма подкованными в знании ТК. Так что мой ответ таков: берешь больничный – и топай хоть на месяц. С соответствующими вычетами, делами с бухгалтерией и прочим. У меня 15 человек в подчинении – представьте, если я начну разбираться с каждым, особенно в межсезонье, так называемое «время простуд»? Думаете, есть время выяснять, действительно ли приболел или лукавит, отпрашиваясь на пару дней, чтобы поваляться дома?» Иногда оговоренные с начальником несколько дней облегчения не приносят, и сотрудник все равно отправляется на больничный, оставляя коллектив без своей рабочей силы на неделю и дольше. С другой стороны – сложно, наверное, рассчитывать на честность и сознательность со стороны работников, если начальник сам не доверяет своим подчиненным. «Как-то я не пошла на работу из-за температуры под 38, – рассказывает менеджер по работе с клиентами Елена Репешина. – Начальник не поверил и передал через коллег, что я обязана принести бумажку за этот день: мол, все это твои проблемы, и ни о какой договоренности речь не идет. Потопала я после обеда к терапевту, говорю – трудоспособна, просто требуют с меня справку за этот конкретный день. А там такой милый дедуля сидит... Он меня осмотрел и заявляет: меньше, чем на неделю, больничный дать не могу! Я тогда в деньгах не нуждалась, так что с удовольствием согласилась уйти в мини-отпуск (ну и обидно ж мне было на начальство). А потом он мне еще на 3 дня продлил бумажку! Так что отдохнула я по полной, хотя вполне могла работать все эти полторы недели. На все запросы из офиса по поводу выполнения части функций из дома я отвечала отказом, добавляя: «А вот это уже точно не мои проблемы». Но руководители бывают разные, а то и исключительные. Кроме того, в некоторых организациях есть различные правила на случай болезни. «У нас в организации существует внутреннее распоряжение, что без больничного можно болеть пару раз в год максимум по три дня, в остальных случаях – больничный, – рассказывает руководитель районного филиала федерального банка Маргарита Шаловец. – Правда, есть обратная сторона: некоторые начинают тянуть до конца недели, чтобы лечиться пять дней, а не три. Когда замечаю такое – запрещаю ходить на работу простуженным, чтобы самой не заболеть и другим: мне это даже чисто с практической точки зрения совершенно невыгодно! Себе больничные не беру – стараюсь отлежаться за пару дней. Я же все равно полностью «уйти от дел» не смогу из-за должности. Моя мама, кстати, работает педагогом в частной школе, и там при малейших признаках заболевания отправляют домой на пару дней без вычета денег, но с условием, что человек посетит врача хотя бы на второй день, чтобы знать – можно ли общаться с учениками. Если педагог выздороветь не успевает – берет больничный, но я не слышала, чтобы при этом были очень большие вычеты». «Я работала в одной редакции под руководством замечательного начальника, – делится приятными воспоминаниями журналист Снежана Роу. – Когда в период паники из-за свиного гриппа очень тяжело заболел мой муж (впоследствии диагностировали бронхит с переходом в трахеит, кажется), я пробыла с ним дома целых две недели – и мы, и вызванный на дом врач боялись, что это тот самый грипп. Я сутки напролет выхаживала любимого, успевая писать материалы на сайт и в газету. Руководство настолько вошло в положение, что вопроса о моем больничном и не возникло, хотя в редакции меня не было аж десять дней!»