«Юру надо спасать»: в квартире-помойке в центре Самары погибают пожилой мужчина и 16 кошек — фото и видео

Запах такой, что режет глаза — за солидной входной дверью в квартире дома № 103 по улице Мориса Тореза скрываются тонны лежащего на полу тряпья, бегают кошки, летают мухи. Окна плотно закрыты, по ним стекают испарения кошачьих фекалий — здесь просто нечем дышать. Среди всего этого живет пожилой мужчина Юрий. А вокруг — многочисленные соседи. Корреспонденты 63.RU побывали в этой жуткой квартире и рассказывают историю ее обитателей.

Как говорят соседи, они много лет не подозревали о том, что происходит в квартире. И лишь после смерти хозяйки квартиры Ольги — сестры Юрия — выяснилось, какой кошмар творится в этой «трешке».

Родители Ольги и Юрия получили эту квартиру примерно 40 лет назад. Мама умерла в декабре 2019-го. По словам Юрия, именно после смерти матери Ольга начала накапливать вещи. И заводить кошек.

Соседи рассказывают, что быт взрослых наследников после смерти родителей сложился так: Ольга не работала, а Юрий добывал еду, собирая продукты с истекшим сроком с помойки. Пенсии, получаемые по инвалидности, они не тратили. Активная соседка Татьяна считает, что таким образом Ольге удалось скопить какие-то деньги, которые могут находиться в квартире.

«Сейчас пусти сюда волонтеров — они будут выбрасывать всё без разбора. Юрий останется без всего. А там могут быть важные документы. Квартиры лишится. Придут мошенники и заставят его все подписать. Там есть и золото, и деньги, которые Ольга прятала, возможно, в мягких игрушках. А я не могу этого допустить. Жалко мне его», — рассказывает Татьяна.

Родственников, желающих похоронить бывшую хозяйку, не нашлось.

«Есть у него племянник с Новокуйбышевска, я нашла его номер в телефоне Ольги. Он приехал, посмотрел на всё это, и сказал: „Пока не вступлю в наследство, не буду ничем здесь заниматься“. А это полгода», — рассказывает соседка.

Заниматься похоронами пришлось Татьяне, так как она хорошо знала Ольгу.

«Я помогла Юрию организовать ее похороны, чтобы похоронили не в общей яме. Обошлось это в 65 тысяч рублей», — говорит она.

Со слов Татьяны, она оберегает Юрия от мошенников, которые не раз его похищали, удерживали «в заложниках», заставляя им добывать просрочку в магазинах для пропитания.

«Он склонен к скитаниям и может оказаться в плохой компании. Вот вы сейчас об этом напишете — тут же найдутся желающие заполучить что-то ценное», — уверена она.

В квартиру мы попали с разрешения хозяина Юрия. Так как он смотрит на ситуацию иначе, чем соседка Татьяна, и просит помощи. Мы обещали придать его истории огласку, чтобы волонтеры, соцслужбы, способные ему помочь, узнали о его непростом положении.

Другие соседи, напротив ругают Татьяну и обвиняют в сокрытии проблемы. По их словам, при жизни Ольга в квартиру никого не пускала, а запах активно скрывала дезодорантом и духами. Если же что-то просачивалось наружу, говорила: «Ничего страшного — это пахнет мусоропровод».

Когда Ольга умерла, а дверь в квартиру распахнулась чуть шире обычного — соседи увидели, что творится за порогом, и были шокированы. И теперь не знают, что делать.

«Она опрятная выходила и он опрятный выходил. Вы знаете, я не могу сказать, что он как бомж выходил, — нет», — вспоминает соседка по лестничной клетке.

«Его забрать надо. Человек несоциальный. Он не может себя ни обслужить, ни жить он сам по себе не может», — убеждена соседка снизу.

Сам Юрий рассказал, что не прочь попасть в пансионат, но не понимает, что для этого нужно сделать. Ранее он был в похожем в Казани — ему там понравилось.

Со слов соседей, у него есть психическое заболевание. Но голова работает хорошо.

Жители, узнав о том, что корреспонденты пришли к ним в подъезд, собрались у двери на лестничной площадке. Но никто заходить в квартиру не стал. Люди ругались между собой, спорили, что нужно делать с Юрием и его жилищем.

Мы же пытались поговорить с самим Юрием, что было совсем не просто. Голос у него тихий, перекричать всех не удавалось.

Самостоятельно привести жилище в порядок Юрий не может. А сотрудники социальных служб, по его словам, к нему ни разу не приходили.

Соседи по лестничной клетке рассказали версию, как им стало известно о состоянии квартиры:

«Ольга обратилась ко мне с плохим самочувствием — аритмией. Скорая приехала, но зайти в квартиру они не смогли. Ее госпитализировали в больницу на улицу Теннисную, где она попала в реанимацию. После нескольких дней обследования у нее выявили кровь между плеврой и легкими, ее срочно перевели в Клиники мединститута, где она умерла. Перед смертью она отдала моей дочери ключи от квартиры и разрешила выбросить некоторые испорченные вещи. Сказала, где лежат документы, в том числе доверенность на получение пенсии Юрия, паспорт, СНИЛС. И просила забрать эти документы себе. Потом при участковом мы передали эти документы Юрию обратно, чтобы не было вопросов. Но больше всего она просила следить за Юрием. Он не однократно убегал из дома, бомжевал, и она очень за него переживала, так как у человека диагноз», — рассказала одна из соседок.

Соседка Татьяна твердо убеждена, что выносить из квартиры хлам нужно строго в присутствии полиции, чтобы не пропали никакие ценности, если они там есть:

«Под камеру, с участковым. Будем просматривать каждый пакет, там могут быть ценности. Только на таких условиях. Там есть вещи хорошие, не какой-то мусор, все они в пакетах», — говорит она.

Другие соседи считают, что активная соседка держит Юрия «в заложниках»:

«Она забрала у него телефон. Она прошерстила весь телефон Ольги, нашла родственников. Хотя именно Юрий является первоочередным наследником. Мы не знаем, что у него находится в квартире, мы туда не ходили. Он сейчас хотя бы выходит из квартиры, иногда спрашивает кипяток — нам не сложно, ведь ему даже погреть воды негде (в квартире нет газа. — Прим. ред). А то, что она говорит, что мы вынесли какие-то вещи оттуда… Да не надо нам — ради бога!»

А сам Юрий под конец разговора повоторил:

«Мне нужна помощь, я согласен отправиться в Казань, в пансионат „Милосердие“, где я уже был, мне там понравилось. А здесь ужасно: условия невыносимые».