«А младший переживает, почему он нигде не играет»: как в Самаре живет семья, где муж, жена и старший сын — артисты одного театра

8 июля — День семьи, любви и верности. В этот душевный и добрый праздник мы публикуем интервью с заслуженным артистом Самарской области, актером Самарского драмтеатра и известным ведущим Федором Степаненко.

Мы не расспрашивали нашего собеседника ни о новых ролях, ни о творческом пути. Говорили о семье. Федор рассказал корреспонденту 63.RU Людмиле Данилиной, как живет семья с двумя детьми, где и мама, и папа — артисты: оба часто работают по вечерам и выходным и периодически уезжают на гастроли.

— Расскажите, сколько лет вы женаты? И сколько лет вашим сыновьям?

— Вы знаете, у нас есть секрет (смеется). Ходят же анекдоты о том, что муж забыл день рождения семьи и получил втык от своей супруги. А у нас такое в принципе нереально: берёшь обручальное кольцо и смотришь — третье, девятое, десятое. То есть 3 сентября 2010 года. В этот день мы поженились. И, кстати, ничего тогда не знали про хит Михаила Шуфутинского про 3 сентября (смеется).

Почему на кольцах именно дата? Как-то мы сидели перед свадьбой, придумывали, какими могут быть кольца, и нашли в интернете вариант оформления, который нам приглянулся. Супруга умеет рисовать, у неё дизайнерское чутьё — и вот мы придумали такой дизайн обручальных колец.

Так что женаты мы почти 16 лет, а вместе около 20-ти. У нас двое детей. Старшему Тимофею в августе будет 13, а младшему Степану, тоже в августе, будет 10.

— Насущный вопрос родителей дошкольников и младших школьников — с кем оставлять детей, когда родителям надо на работу. Как выходите из положения, когда и вам, и Надежде надо обязательно быть в театре — на спектакле или на репетиции? С кем остаются дети?

— В какой-то момент, когда сыновья были совсем маленькие, встал вопрос о том, что нам нужна няня. И тогда мы очень сильно переживали, что не сможем найти подходящую кандидатуру.

У нас было два случая, когда мы встречались с нянями — и от этих встреч остался неприятный осадок. Одна женщина на все вопросы уверенно и бойко отвечала: «Да ладно, нормально всё, да всё понятно». И когда мы что-то спросили у неё, она, игнорируя наш вопрос, выдала фразу: «А по деньгам-то что?» Мы ответили: «Спасибо». И прекратили встречу. А вторая женщина была в каком-то очень странном состоянии. Все время твердила вполголоса: «Всё будет хорошо. Не переживайте, я всё сделаю». Это были два таких антипода… Но в результате у нас тогда появились три няни. До сегодняшнего дня мы дружим.

Еще помогает с детьми бабушка, мама Нади. Но она человек уже взрослый. И порой ей с мальчишками бывает непросто. Когда они вдвоём, они, конечно, дают дрозда, веселятся, куражатся. А старший еще частенько спорит, он ведёт себя как тысяча дипломатов Российской Федерации, всегда находит свои аргументы на наши аргументы (смеется).

— Приходилось ли, особенно когда дети были маленькие, брать их с собой в театр — на репетиции или на время спектакля? Можно ли сказать, что ваши сыновья растут в театре?

— Вот сейчас они здесь (пока Федор давал нам интервью, Надежда была на репетиции нового спектакля, мы о нем писали, а их сыновья ждали родителей в гримерке. — Прим. ред.). Чем они занимаются? Играют в телефон. А для нас телефоны — это беда. И для меня, и для Нади такое времяпрепровождение неприемлемо. Мы очень много времени и сил тратим на то, чтобы дети не сидели в телефонах. Дома всё сделано для того, чтобы у сыновей было достаточно развлечений, включая книги, включая конструкторы (с точки зрения моего советского детства у детей сейчас, конечно, очень много игрушек).

Мальчишки очень любят настольные игры. Но недолго (смеется). Обычно это бывает так: покупается новая игра, дети разбираются, играют 3-5 дней, а потом старший заявляет: «Ну всё, я всё понял». И интерес к игре теряется.

Старший ребенок у нас вообще натура очень увлекающаяся. Он получает удовольствие от того, что у него получается что-то, и бросает. Например, купили самокат, он научился какой-то финт делать — всё, едем дальше. Карточные фокусы освоены — едем дальше.

А Степан как-то более углублённо всё изучает, ему надо более детально вникнуть, например, сконструировать что-то, нарисовать, вырезать. И когда они вместе — это просто атас (смеется). Поэтому мы стараемся их брать в театр по минимуму, потому что здесь своя атмосфера, здесь ты работаешь или готовишься к работе. Хотя Тимофей теперь бывает в театре чаще, он теперь же здесь еще и работает.

— Я знаю, что он играет в «Гамлете» и в постановке Ladies' Night. А чья была инициатива ввести его в спектакли? Тимофей сам просился на сцену?

— На самом деле, если постановка предполагает, что на сцену выходят дети, то первым делом спрашивают у артистов: «У кого есть дети такого-то возраста?». И вот Тимофей подошел на роль маленького Гамлета и на роль Натана в Ladies' Night. И теперь Степан переживает, почему же он еще нигде не играет.

— Тяжело ли играть в спектакле, если заняты в нем вместе с ребенком? Не хочется лишний раз подсказать или в чем-то одернуть, влезть в процесс?

— Нет. Тимофей в этом плане всю ответственность берёт на себя. Он абсолютно всё делает, что говорит режиссер. Ему не надо всё время что-то напоминать.

— А если представить, что оба сына у вас стали артистами, вы бы предпочли с ними работать в одном театре или в разных?

— Вы знаете, есть такая клишированная ситуация. Артист говорит: «Чтобы мой ребенок пошел в артисты? Ни в коем случае!». У нас такого нет. Если дети захотят стать артистами, пусть становятся. И если они будут работать в том же театре, что и мы, то не вижу в этом ничего такого. Может быть, и они нас чему-то научат в профессии, почему нет?

Но наша профессия — во многом дело случая. Это тоже нужно понимать. То есть ребёнок может учиться в институте, получать удовольствие от процесса, двигаться вперед, развиваться как артист, но что будет, когда он придёт в театр, даже если он себя там зарекомендует? К какому режиссёру он попадёт? А будет ли режиссёр с ним, как с человеком, как с профессионалом дружить в хорошем смысле слова и давать ему свободу? Вопросов очень много.

— Где у вас сыновья учатся? И как там относятся к тому, что, например, вы можете пропустить родительское собрание, потому что у вас спектакль?

— У детей обычная школа, недалеко от дома. О том, что мы артисты, там, конечно, знают. Тимофей любит рассказывать об этом, а еще о том, что он и сам работает в театре. Так что в школе все знают, что мы актерская семья, профессия у нас такая — что ж поделать (улыбается).

— А не бывало ли такое: о, у Тимофея (или Степана) мама с папой артисты, надо их позвать на ёлку, чтобы сыграли Деда Мороза и Снегурочку?

— Такое было в детском саду. Но я тогда сам предложил свою кандидатуру, чтобы быть чуть ближе в отношениях с родителями и с воспитателями. А еще у нас очень дружный дом, в каких-то праздниках в доме я тоже участвую.

В школе такого не было. В школе я в футбол играл с сыном. И мне было приятно так провести с ним время, но я там чуть не умер (смеется). Не потому, что я чахлый какой-то, а потому что, как я понял, всё-таки слово «возраст» имеет какое-то значение. Но было очень интересно. И мне, и Тимофею. Мальчишки ему говорили: «О, у тебя папа актер, а еще и в футбол играет? Круто».

— Кто помогает детям с уроками?

— Мы приходим домой с работы или откуда-то — и у нас такое разделение: я сразу на кухню что-то приготовить, а Надя — проверять уроки. С одной стороны — уроки старшего, с другой — уроки младшего. Контролировать в этом плане пока надо и того, и другого.

— У вас с Надеждой отпуск одновременно (в июле каждый год уходит в отпуск весь театр. — Прим. ред.). Есть ли какая-то семейная традиция на этот период — куда-то ездить в определённое место, например?

— Мы вообще много где бываем с детьми. Стараемся вытягивать их из дома. Им очень нравятся развлекательные парки в торговых центрах. В городе нет ни одной большой детской площадки, где мы не были. Бываем в веревочных парках, боулинге. Всё это не для того, чтобы просто их развлечь, а чтобы у них был достаточно широкий угол восприятия мира.

Мы много и ездим с детьми в другие города. Путешествовать начали, когда Тимофею было около года. Со Степаном также. Да, путешествия с детьми — это не просто, да, мы, как и все родители, устаем, но не представляем, как можно по-другому. Как можно, например, оставить детей с кем-то, а самим уехать вдвоем на весь отпуск?

Помню один случай. Дети маленькие. Вылет ночной. Надя говорит: «Я их сейчас тихонько одену, мы их вынесем, в машине они еще доспят». Но всё пошло не по плану. Дети проснулись в машине в два часа ночи — и им сразу стало весело, и сна ни в одном глазу (смеется). Конечно, это забавно сейчас рассказывать, тогда нам было не очень весело, но я не могу сказать, что мы «убивались» от этого.

Сейчас мы довольно часто ездим в отпуск в Турцию. На наш взгляд, очень подходящая страна для отдыха с детьми. И мальчишкам там нравится.

— Вы заняты в 13-ти спектаклях, Надежда — в 12-ти. Сложно удержать в голове даты спектаклей, репетиций, семейных мероприятий, плюс ещё ваша работа ведущим? У вас есть онлайн-планер? Или, может быть, на холодильнике, например, вешаете стикеры-напоминалки, кто чем занят и в какой день, чтобы всё совместить?

— Никакого планера нет. И в телефоне в заметках я тоже не привык записывать дела, да даже и не умею этого делать. У меня есть папка, где я все записываю от руки. Это очень дисциплинирует.

Раньше, когда не было электронного расписания, ты должен был к 14:00 прийти в театр, даже если не занят в сегодняшнем спектакле, и посмотреть, что у тебя на завтра. Сейчас расписание появилось в электронном виде. И, конечно, стало проще.

Спектакли — это работа, это ответственность. И мы всегда точно знаем и помним, когда у нас репетиция, когда спектакль. Структурируются в голове и мероприятия по второй работе. Не могу сказать, что в голове звенит колоколом: «Сегодня встреча!!! Не забудь!!!». Все как-то укладывается само.

— Соглашаетесь на второй работе вести мероприятия в праздники? Например, в новогоднюю ночь?

— Я одно время это практиковал, и было очень здорово и весело. Потом, когда дети были маленькие, мы старались встречать Новый год дома, создавать домашнее волшебство. Я обожаю эти приготовления. Я готовлю салаты — это всегда оливье и селедка под шубой. А Надя всегда украшает квартиру. Мы обязательно ставим елку, дарим друг другу подарки.

По прошествии времени, когда мальчишки подросли, мы попробовали такой вариант: встречать Новый год там, где я буду работать. И мы так сделали один раз. Я и поработал, и в ресторане семья побыла вместе, и номер был снят, потому что мероприятие за городом было. Но мы как-то подумали, что, наверное, всё-таки нет: работа — это работа, а семья — это семья. Я приеду с работы — и мы дома посидим и отпразднуем. И вот две или три новогодних ночи я работал.

Но у нас всё гармонично. Если семья скажет: «Давай эту новогоднюю ночь все побудем вместе дома», значит, без проблем, я не буду работать в новогоднюю ночь. Семья на первом месте, основная работа в театре на первом месте. Вторая работа не менее важна, но она на втором.

— Хватает ли вам с Надеждой в ваших очень насыщенных графиках времени выходить куда-нибудь вдвоём?

— Такое бывает, но не часто. Я помню один раз, когда Тимофей маленький был, Степана еще не было, мы попросили бабушку, она осталась с сыном. Это была зима. Мы уехали на «подушке» за Волгу на турбазу. Домик был мощно натоплен — так, что аж чувствовался аромат бревен. Мы положили вещи, пошли погулять — был мороз, снег лежал такой настоящий как серебро, в городе такой редко увидишь. А потом мы вернулись, зашли в дом — и просто час сидели в тишине…

Еще мы любим вместе смотреть кино и спектакли. Надя подписана на московские, питерские театральные новостные каналы. Она очень хорошо ориентируется в премьерах. И вот примерно три года назад так получилось, что мы закрыли гештальт, — побывали на спектакле Андрея Могучего «Холопы» (мы влюбились в его творчество во время ковида, смотрели на онлайн-платформах). Летали в Санкт-Петербург ради этого спектакля.

Я не буду говорить пафосные слова: актёр должен быть насмотрен, или актёр обязан разбираться в искусстве. Нет, это личное дело каждого, на самом деле. Мы вот любим кино. И можем запросто сказать друг другу: «Слушай, тут такое крутое кино вышло, надо смотреть». И за просмотром мы проведем свободный вечер — и получим удовольствие и как зрители, и как артисты.

— Однажды во время интервью журналист задал актрисе Лизе Арзамасовой вопрос: «Кто у вас главный родитель: вы или Илья [Авербух]? Кто детей кормит, укладывает спать? Кто решает, пойти гулять или не пойти, и куда пойти?» Она ответила, что главный родитель — тот, кто сейчас дома, а не на работе. А как у вас?

— Как я уже говорил, если кто-то что-то делает лучше другого, тот этим и занимается. Мне понятнее, если я приду домой и буду заниматься обедами или ужинами. Потому что делать уроки с детьми мне сложно. Поэтому Надя делает с ними уроки. Я в это время готовлю. А потом, например, мы все едим, дети убегают играть, а мы убираемся.

Какие-то моменты по хозяйству, конечно, на Наде, походы в магазины чаще всего на мне. По поводу отвезти-привезти детей — чаще это я делаю, но, конечно же, Надя тоже это делает. Везет тот, кто в данный момент свободен. Еще Надя, например, продумывает варианты, куда нам можно пойти или поехать, и предлагает нам с детьми уже готовые маршруты.

Кто из нас воспитывает детей? Оба. Но моменты воспитания — это вообще сложный вопрос. Мы не можем точно сказать, правильно мы воспитываем детей или нет. Да и никто этого не сможет сказать, у всех свои взгляды.

Но в процессе моего взросления, скажем так, я начал осознавать, что нам очень не хватает института семьи, где мальчику говорят, что он когда-то будет мужем и отцом, а девочке говорят, что она будет женой и матерью. И учат, как надо себя вести в тех или иных ситуациях. Или как надо воспитывать детей, чтобы потом было проще. Все приходится постигать в процессе.

— Задам последний вопрос. Что вы пожелаете нашим читателям в День семьи, любви и верности?

— Получать удовольствие от нахождения всем вместе с детьми. Я хочу, чтобы родители понимали, что на них большая ответственность, потому что ребёнка можно упустить и ничего потом не изменишь.

Еще хочу пожелать быть справедливым, быть другом своим детям, но при этом оставаться им папой или мамой. Ну и, конечно, чтобы больше было времени на совместное времяпрепровождение, чтобы в семье было много улыбок, чтобы был позитив, было веселье. Без позитива никак.