«Родители не знают о внуке»: самарская закладчица родила в колонии

Софии 21 год. Девушка родилась и выросла в Самаре. Она хорошо училась, поступила в медицинский университет, жила с мамой и сестрой. Точкой невозврата в ее судьбе стали наркотики. Девушка стала закладчицей по незнанию и получила серьезный срок, а в тюрьме родила ребенка. Мы приехали к ней в колонию, чтобы узнать, как это произошло и каково это стать мамой за решеткой. «Меня обманули — нужны были деньги» — София, расскажите о себе. Чем вы занимались на воле? На кого учились? — Я училась в медицинском университете, на специальности «медико-профилактическое дело». До этого занималась музыкой. Ходила в музыкальную школу, окончила ее с красным дипломом. Играла на скрипке и гитаре. — В какой момент вы попали в неприятности? — Мне было 17 лет, и я столкнулась с мошенником. Мама тогда искала новую работу, а я хотела как-то помочь с деньгами, заработать. Наткнулась на рекламу ставок на спорт. Ссылки вели к какому-то неизвестному мне человеку в «Телеграм». Он обещал большие выигрыши, и первое время мне действительно выплачивали деньги. А потом у меня якобы появился очень большой выигрыш в 100 тысяч рублей, но у этого человека на карте был долг. И он предложил мне занять деньги, чтобы закрыть этот долг, а выигрыш мы бы вывели и разделили. Я взяла около 11 микрозаймов на сумму в 70 тысяч рублей. Всё с процентами. Он в этот момент пропал, а мне нужно было искать уже другой заработок, чтобы перекрыть эти долги. — Вы рассказали о случившемся маме? — Нет. Мне было просто очень стыдно рассказывать ей об этом. Я боялась. Поэтому хотела решить всё сама. — Как именно вы планировали разобраться в ситуации? — Сначала просто хотела пойти в доставку. У меня даже был план отправить анкету в «Яндекс», но попалась другая вакансия. Честно, там было просто написано «доставка курительных смесей». Я даже не знала, что это наркотики. Даже не подозревала. Поняла только, когда мне отправили адрес, и я приехала непосредственно на место. Мне нужно было достать сверток и развернуть его. Внутри лежали закладки. Когда они оказались у меня в руках, я поняла, что это наркотики. «Сказали отработать месяц, чтобы уйти» — Вы употребляли? — Никогда. До того момента я вообще не знала, что грозит за распространение наркотиков. Я не была осведомлена настолько об этой статье. В тот же день написала своему «работодателю», что больше не хочу там работать, что я отказываюсь. Но мне сказали проработать один месяц, чтобы уйти. — Сколько в итоге вы проработали? — В конце первой же недели меня поймали. Остановилась полицейская машина, из нее вышли сотрудники и окликнули меня. Они сразу поняли, что я делаю. Это походило на случайность на самом деле. Я сразу им всё рассказала. Мы взяли понятых и отправились забирать все закладки, которые я успела раскидать. Я их сама забирала, показывала, а полицейские оформляли. Половину в этот день я успела разложить, а половину нет. — И сколько же вы заработали за эту неделю? — 30 тысяч рублей всего. — Что за наркотики вы разносили? — Мефедрон. У меня было 50 граммов на 30 закладок. — Как о случившемся узнала ваша мама? — Мне пришлось ей позвонить, когда я была в отделе. Просто сказать, что не приду домой. Меня оставили в изоляторе. — Как ваша семья отреагировала на новость? — Мама сильно на меня кричала. Суд на время следствия посадил меня под домашний арест, и следующие полгода у нас были с ней очень тяжелые отношения. Мы много ругались. Моя старшая сестра была в тяжелом шоке. Отец был в другом городе и особо не проявлял внимания к семье, поэтому особенно никак не отреагировал. Ему было всё равно. «От скуки под домашним арестом познакомилась с парнем» — В какой момент вы узнали, что беременны? — Пока я сидела на домашнем аресте, мне было скучно. Поэтому я много общалась с людьми. Познакомилась с молодым человеком, ему было на тот момент 20. Он студент Самарского университета. Мы начали встречаться. У меня была задержка. Я сделала тест, и он показал две полоски. — Как к этой новости отнеслись ваши близкие? — Мама давно хотела внуков, поэтому она была очень рада. А парень, мне кажется, даже сейчас этого не осознал. Он очень молодой и не готов к детям. Мне кажется, что он не повзрослеет, даже когда я выйду из заключения. Намекал на аборт, но я решила родить для себя. Родители парня вообще не знают, что мы вместе и у них есть внук. Мы думаем, как им об этом сказать. — А каково было вам узнать о беременности? — Я хотела ребенка. — Как проходила ваша беременность? — За мной наблюдали врачи частной клиники, куда мне было разрешено приходить во время домашнего ареста. Первый триместр был дикий токсикоз. Меня тошнило. Я падала в обморок. Рядом всегда была мама. Поэтому всё прошло хорошо. На УЗИ мне сказали, что родится мальчик. У нас в семье много девочек, поэтому появление мужчины маму очень порадовало. — Когда вам вынесли приговор? — Я тогда была на шестом месяце беременности. До самого последнего момента не думала, что меня посадят. Меня признали виновной по 228-й статье часть 4 — сбыт наркотиков в крупном размере. Суд назначил 5 лет колонии общего режима. В день приговора я была в сильном шоке, обескуражена. Проплакала, наверное, три месяца, пока была в СИЗО, и меня отправили в ИК, чтобы я там родила. Мне было тяжело, но ребенок не отреагировал так чувствительно. Он не сильно пинался, не провоцировал болевых ощущений. — Как вы оценивали перспективу родов в ИК? — Я не думала, что буду здесь рожать. Тем не менее всё оказалось достаточно презентабельно. — Беременность сказывалась на отношении к вам в ИК? — Нет. Это же было не новостью. Я была такая здесь не единственная. Разве что надзиратели, возможно, были более лояльны и в случае чего поддерживали, если это требовалось. А так меня регулярно осматривал гинеколог. Врач говорил, что я буду рожать ближе к концу года. Так и произошло. «Положили сына мне на грудь и через 10 секунд забрали» — Как вы поняли, что всё началось? — Мы в тот момент жили в одной комнате вдвоем с еще одной девочкой. Она тоже была беременной, и в этот день, 28 декабря, ее должны были увезти на кесарево сечение. Мы проснулись в пять утра, и я поняла, что отошли воды. Помню, сказала соседке, и она даже немного обиделась. Ведь рожать должны были увезти именно ее. А так получается, что ее отъезд откладывался на завтра. Я спустилась сразу вниз к гинекологу. Она посмотрела меня на кресле, проверила сколько пальцев раскрытие, вызвала скорую, и уже через час мы были на вольной больнице (в обычной больнице, вне колонии. — Прим. ред.), где у меня принимали роды. — Как действовал персонал больницы? — Очень профессионально и лояльно. Не было никаких затруднений или ограничений, даже несмотря на то, что я осужденная. Они относились ко мне, как к любому другому человеку. Никто не суетился, не было паники и причин волноваться. Всё прошло очень легко. Я родила всего за 3 или 4 часа и даже не кричала, можно сказать. У меня не было анестезии. Я родила сама, только потребовались разрезы, чтобы ребенок быстрее вышел. Сына принесли после родов, положили мне на грудь и через 10 секунд забрали, так как меня надо было зашить. Я даже не помню своих эмоций. Голова шла кругом от того, что я только родила, ничего не соображала. — Когда вам принесли ребенка? — Сразу после моего возвращения в ИК. Через 5 часов. И следующие две недели мы провели с ним в одной палате. Через две недели декрета нас перевели сюда, в детский центр. — Как смогли передать родным весточку о рождении сына? — Связи с мамой у меня после родов не было, поэтому я написала ей письмо. Пусть пришло оно не так быстро, но она была очень счастлива, узнав об этом. Вскоре мы созвонились, и она искренне поздравила меня с рождением малыша. «Работаю нянечкой» — Как вам удалось наладить контакт с ребенком? — Ухаживать за ним меня научили нянечки. Все-таки это мой первый ребенок. Также помогали другие мамочки, более опытные. Сейчас я провожу с малышом очень много времени. Мы живем вместе. Я работаю нянечкой здесь же. Занимаюсь с детьми других заключенных, когда они уходят на работу. Весь вечер и ночь мы вместе, как и в выходные. У нас тут огромное количество игрушек. Я с ним занимаюсь, кормлю его. — Какой у вас график на работе? — Мне повезло стать нянечкой. Ведь мой график дает большое количество свободного времени. Я работаю по графику: день, ночь, отсыпной, выходной. То есть первый день с 7 утра до 7 вечера, второй день с 7 вечера до 7 утра, потом отсыпной и выходной. — Вам удается справляться с ролью матери? — Я считаю, что да. Никогда не перестану ему умиляться. С самого первого раза как только он начал улыбаться, я искренне этому радуюсь. Он для меня самое лучшее, что есть на свете. — Ваша мама уже навещала внука? — Конечно. Каждый раз, когда мне становятся доступны свидания, мои родственники приезжают сюда. — Как часто это происходит? — Короткие свидания на 4 часа у нас раз в два месяца. Длительные, на 3 дня — раз в три месяца. «Я надеюсь выйти пораньше» — Каким вы видите свое будущее и будущее своего ребенка? — Сейчас от моего срока прошло 2 года. Осталось 3. Я надеюсь выйти пораньше. Через 1,5 года у меня появится возможность подать на УДО. Я не планировала продолжать отношения с отцом сына, так как не чувствую от него особенно сильной поддержки, находясь здесь. В отличие от мамы и сестры. Поэтому думаю окончательно порвать отношения. После нашего выхода устрою ребенка в детский садик, сама окончу университет, и мы будем жить вместе. Думаю, что всё будет хорошо. Благо квартира у нас есть. — Что бы вы посоветовали девушкам, которые ожидают приговора в положении? — В родах за решеткой нет ничего страшного. Когда всё происходит, тебя отвозят на вольную больницу. В колонии у тебя есть шанс заселиться вместе с ребенком и быть с ним всё время после работы. Так что здесь очень хорошие условия на самом деле: всем обеспечивают, огромное количество развивающих игрушек. Ничего страшного в том, что ребенок здесь находится, как минимум первые два года, нет. Он прекрасно развивается, и я даже скажу, что это происходит быстрее, чем у других детей. Ведь сознание не зацикливается на телефонах и телевизорах. Это огромный плюс. Дети здесь начинают быстрее говорить. Поэтому молодым мамочкам, что попали в такую трудную ситуацию, волноваться не о чем. — Каково быть мамой за решеткой? — Это тяжело. Осознавать, что ты здесь находишься со своим ребенком, а ведь он даже не осужден, но отбывает наказание вместе с тобой.