«Кричите басню в окно»: что приходится вытворять абитуриентам в Самарском институте культуры — видео

Приемная кампания в высшие учебные заведения в самом разгаре, а в творческих вузах это подразумевает творческие испытания. Мы побывали в Самарском государственном институте культуры (СГИК) и посмотрели, на что идут молодые люди, мечтающие стать актерами, художниками и музыкантами. Там было всё: нетривиальные просьбы комиссии, песни и пляски, смех и слезы…

Во внутреннем дворике института царят тишина и умиротворение Из окна льются звуки фортепьяно, которому подпевают певчие птицы.

А вот внутри совсем не так благостно и спокойно: всё гудит, как пчелиный рой. Это готовятся показать себя поступающие на актерское направление.

— Прием у нас проходит весело, интересно, увлекательно и сложно. Будущие студенты заходят в аудиторию по пятерочкам, и тут начинается волшебство. Мы рассказываем басни, стихи, прозу, танцуем и поем. Потом из этого педагоги, комиссия и иже с ними отбирают лучших. Мы оцениваем всё: внешний вид, харизму, талант, умение вести себя на сцене, голосовые данные, энергетику, — описывает процесс старший преподаватель СГИКа и актриса театра «СамАрт» Татьяна Наумова.

В ожидании выступления абитуриенты репетируют друг перед другом заготовленные произведения. Эти красивые нарядные молодые люди не первый год лелеют мечту блистать на большой сцене.

— В первых классах я совершенно случайно попала в театральную студию, и уже не вылезла оттуда, — рассказывает Александра Ключагина. — Родители против поступления в театральный возражали, но вообще я их не сильно спрашивала. Просто как-то вот так получилось, и они молча согласились.

А вот молодой человек Роман вообще утверждает, что захотел стать актером, как только родился. Театр и сцену он любит с детства:

— Мне нравится, знаете, образы придумывать, развивать, нравится сценарии писать.

Роман в 14 лет я попал в команду к самарскому режиссеру Игорю Катасонову и провел там три года. Вместе ребята выступали на фестивалях, показывались в частных театрах.

— В одной пьесе я играл отца и сына одновременно. Было очень интересно, потому что они кардинально отличаются и нужно было как-то переходить в разные органики прямо во время спектакля. Еще я играл такого, знаете, неуверенного в себе парня, которого все, ну, говоря русским языком, чмырят. Это было не очень, потому что мой типаж совершенно другой. Но тоже это вырабатывает профессионализм. Учишься выходить из зоны комфорта, играть как бы от противного, — рассказывает Роман.

Чтобы покорить приемную комиссию, молодой человек подготовил беспроигрышный набор: легкость, уверенность, импровизация. Возможность неудачи его не страшит. Ведь, по словам Романа, неудача — это тоже опыт, а любой опыт полезен.

Зато Александра Ключагина без лишней скромности отвечает нам: в успехе она уверена. Опыт у девушки есть, она знает свои сильные и слабые стороны.

— Я не героиня точно. Я вот эту девочку-припевочку вам не сыграю. У меня в основном такое типирование: мать, бабка, злодейка какая-нибудь. Но все равно интересно играть — что героиню, что бабку. Какая разница? Бабку ж надо еще уметь сыграть, — важно заявляет Александра.

Актерский опыт есть у многих ребят, но они считают, что и у самоучки есть шанс поступить в театральный вуз. Например, три подружки Алевтина Грачева, Арина Шубанова и Оля Савченко говорят, что главное в этом деле — талант, своя органика и искренность. А вот что такое этот талант и где его берут…

— Мне кажется, с этим рождаются, — говорит Алевтина.

— Мне кажется, что это нарабатывается, — не соглашается Ольга.

— Да, безусловно, можно этому научиться, но какие-то зачатки должны быть. Как нам говорили, «ТТТ»: творчество, талант, трудолюбие, — подытожила Арина.

В мечтах девушки видят себя классическими женскими персонажами отечественной литературы: Наташа Ростова, тургеневская Ася…

— Я бы врача хотела сыграть, наверное. Я все детство смотрела сериалы эти врачебные и мне кажется, у меня бы хорошо получилось, — рассказала Алевтина.

— Злую продавщицу. С ногтями и вот такими ресницами — размечталась Ольга. — И жену бандита.

— Еще бы я бы хотела сыграть темпераментную героиню, может, роковую женщину, потому что я себя в жизни так не веду, но мне было бы интересно попробовать это все прожить, — призналась Арина.

Именно это интересно поступающим на актерское — разбирать роль, психологию персонажа, почему этот герой так себя ведет этот герой. При этом подруги уверены, что слава — это уже второстепенное. По мнению девушек, каждый человек, который идет в эту профессию, идет не за славой, а за театром.

Пора заходить в аудиторию. За столом сидят будущие мастера курсов: старший преподаватель Татьяна Наумова, пластиограф Павел Самохвалов, наставники по сценической речи Вадим Горбунов и заслуженная артистка России Елена Лазарева. Фишка именно в том, что курсы набирают будущие мастера. И они будут главными в учебном процессе: сами будут продумывать всю концепцию курса, делать постановки и так далее.

Окна в зале распахнуты, и в аудиторию доносятся все звуки с улицы, в частности — рев проезжающих машин. Интересно, в курсе ли водители, что в то время, как они проводят свой рутинный день, их отголоски врываются в судьбоносное для этих молодых людей событие?

К тому же вступительные испытания совпали с ремонтом фасада института. Но находчивая комиссия и это сумела применить. Так, девушке, которая читала басню про воздушного змея и мотылька, по сюжету которой змей кричал мотыльку издалека, повелели высунуться в окно и кричать реплики змея строителям, да так, чтобы долетело до пятого этажа.

Да, оказалось, что многие мифы и шутки про необычные просьбы приемных комиссий — правда. Например, когда мы только зашли, мастера никак не могли добиться от девочки нужного прочтения фразы «Вера Николаевна вернулась домой поздно вечером» из «Гранатового браслета» Куприна.

Когда пятерку абитуриентов отпустили, одну девочку попросили остаться. Ей предложили попробовать поступить еще и на направление «Музыкальный театр». То ли это было воспринято как отказ в поступлении, то ли сказалось нервное напряжение, но девушка расплакалась. Успокаивали всей комиссией.

Поступать приехали ребята и из соседних регионов. Например, мы помогли абитуриентке из ульяновского Димитровграда найти типографию, чтобы распечатать свои фотографии. Также мы познакомились с Хамзой из Марокко. Этот скромный юноша с нами был не разговорчив, но мы все же выяснили, что в СГИКе он изначально просто проходил курсы русского языка, который за год выучил с нуля.

От акцента Хамза не избавился, зато чтецкую программу он подобрал такую, что это стало изюминкой. Парень читал отрывок из произведения Леонида Андреева «Рассказ о семи повешенных» — про эстонца Ивана Янсона, который как раз плохо говорил по-русски.

Другой же девушке велели отойти в противоположный конец зала и оттуда кричать комиссии коротенькую строчку из «Мастера и Маргариты» Булгакова: «Латунский! Латунский! Да ведь это же он погубил Мастера!».

— Уровень подготовки меняется: ребята приходят год от года все более подготовленными, — считает Татьяна Наумова.

Конечно, пока неизвестно, как ребята проявят себя в будущем. Часто театральные педагоги сталкиваются с тем, что «выстреливают» студенты, на которых изначально не делали ставку.

— Это такая история темных лошадок, которым мы даем возможность стартануть, но как они прибегут к финишу — реально зависит только от их личности. Насколько есть энергия, насколько есть мотивация и так далее и тому подобное. Это случай. Вообще, актерская профессия, как и любая творческая — это случай, — говорит Павел Самохвалов.

Совсем другая обстановка у художников. Здесь царят звенящая тишина и максимальное сосредоточение. Поступающие должны изобразить предложенный натюрморт: скрипка с кувшином и салфеткой, веретено или две виолончели.

Невероятно интересно наблюдать, как простые мазки красок постепенно формируют единое изображение. Еще интереснее, что каждый абитуриент сам выбирает стиль. У кого-то округлый кувшин становится угловатым, у кого-то виолончели словно переходят одна в другую. У третьих изображение словно состоит из текучих цветных струй.

Но вернемся к более шумным поступающим. Посмотрим, как дела у певцов-народников. У них программа еще более жесткая: надо спеть а капелла (без музыки), потом спеть с аккомпанементом, спеть, подыгрывая себе самостоятельно, сыграть классическое произведение на фортепьяно. И еще можно станцевать.

Концентрация цветастых сарафанов, платков, косынок и бус на один коридор зашкаливает. Кто-то настраивает балалайку, кто-то — ложки.

— Мы смотрим творческую составляющую: насколько абитуриент чувствует песню, насколько он вкладывается в нее душой, насколько он может представить всю глубину, заложенную традиционными исполнителями. Мы смотрим, естественно, на вокальные возможности абитуриента: как он владеет своим голосом, как он управляет им, как он выражает им песню. В какой манере он исполняет, в каких регистрах он может петь, — поясняет завкафедрой хорового и сольного народного пения, профессор Татьяна Мачкасова.

Поскольку абитуриентов берут со всей страны, комиссия разрешает поступающим песни на своем национальном языке и традиционные для их этноса инструменты. Но мало просто показать свой музыкальный дар. Надо еще и блеснуть эрудицией. Вторая часть испытаний — коллоквиум.

— Это собеседование, где мы проверяем знания по всем основным направлениям народно-певческого искусства. Это и история народно-певческого исполнительства, знание стилей. Можем спросить знание государственных коллективов, фольклорных ансамблей, знание творчества сольных исполнителей, — поясняет завкафедрой.

Уровень подготовки абитуриентов-народников преподаватели тоже оценивают, как крепкий. При этом в СГИК принимают не только закончивших музыкальную школу, но и со средним профессиональным образованием: колледжи искусств, музыкальные колледжи, музучилища.

— Хотя, в принципе мы можем взять и после одиннадцати классов. Если это талантливый человек и он вокально подготовлен, вокально одарен, то мы не можем пропустить такой бриллиант, — рассказывает Татьяна Мачкасова.

У народников будет и второй тур испытаний. Их ждет проверка музыкально-теоретической подготовки. Ребята пишут диктант и отвечают на вопросы экзаменационного билета. Все по классике.